При корректировке стратегии были учтены основные цели, реализуемые в рамках новых инициатив социально-экономического развития России до 2030 года, а также поступившие предложения федеральных органов исполнительной власти и субъектов РФ.
Сформулировано понятие «городской агломерации» как совокупности компактно расположенных населенных пунктов и территорий между ними с общей численностью населения более 250 тысяч человек. Они связаны совместным использованием инфраструктурных объектов и объединены трудовыми и социальными связями, что позволит определить приоритеты и направить их на поддержку таких точек экономического роста.
Документом определены основные направления развития опорных населенных пунктов - центров предоставления услуг для жителей сельских территорий.
«Стратегия – «живой» документ, и он должен своевременно адаптироваться к актуальным вызовам. СПР является основанием для разработки стратегий социально-экономического развития субъектов РФ, отраслевых стратегий и ряда других документов. Учет новых трендов пространственного и социально-экономического развития не только для крупных и крупнейших агломераций, но и городов с меньшей численностью населения, малых городов в текущих условиях расширит фокус внимания государства при определении приоритетов в развитии территорий», - отметил директор департамента планирования территориального развития Минэкономразвития России Дмитрий Дегтярев.
«Утвержденные изменения в стратегию пространственного развития институционализируют решения, принятые в 2021 году после разработки и запуска инициатив правительства. Среди важнейших – интеграция в стратегию мер инфраструктурного меню (бюджетные инфраструктурные кредиты, реструктуризация бюджетных кредитов, меры поддержки институтов развития), которые позволяют регионам реализовать инициативные проекты по развитию инфраструктуры, прежде всего, в городах и агломерациях. Кроме того, в стратегию «внедрены» вопросы развития инфраструктуры в опорных населенных пунктах», - прокомментировал директор научно-исследовательского центра пространственного анализа и региональной диагностики Института прикладных экономических исследований (ИПЭИ) РАНХиГС Дмитрий Землянский.
По его словам, включение в стратегию термина «городских агломераций» несколько выравнивает ситуацию с реальной практикой.
«Во-первых, многие регионы уже определили и утвердили состав городских агломераций и для городов с населением менее 500 тысяч человек (ранее в СПР были обозначены крупные городские агломерации с населением более 500 тысяч человек) – изменения в документе снимают часть правовых проблем. Во-вторых, ряд мер, изначально формировавшихся для агломераций, например, проект развития дорожной инфраструктуры, фактически реализуется в региональных центрах и крупных городах, а не только в агломерациях», - отметил Дмитрий Землянский.
Министр градостроительной деятельности и развития агломераций Нижегородской области Марина Ракова отметила, что Нижегородская область на протяжении последних трех лет реализует принцип «сквозного» территориального планирования в отношении муниципалитетов, образующих агломерацию вокруг центрального «ядра» – Нижнего Новгорода.
«Не «стирая» юридически значимых административных границ смыкающихся муниципальных образований, мы анализируем сегодняшнее состояние и планируем градостроительное развитие через призму потребностей и реальных возможностей как отдельно взятых населенных пунктов, так и агломерации в целом. Оцениваем влияние объектов местного, регионального и федерального значения на качество жизни и социально-экономическую устойчивость территории целиком. В отсутствии правового регулирования городских агломераций это сложная задача. Частично мы решаем ее через поднятие полномочий на региональный уровень. Единственно возможный ли это путь и правильный ли, покажет время. Появление в стратегии понятия «агломерации» - безусловно, важный ответ на реальные процессы, происходящие здесь, «на земле», - считает Марина Ракова.
Минэкономразвития РФ
